вкус белорусского детства

Захотелось съесть чего-нибудь этакого. Из разряда чего-то хочется, не могу понять чего.

Так и не поняв, чего хочется, отрезала кусок от чёрного бездрожжевого хлебного «кирпича», на него наложила масла))) А сверху посыпала солью.

В киргизском детстве еда у нас была жирная, горячая, яркая, ароматная. Какая-нибудь шурпа, лагман запредельный, азу, те же пряники рождественские в эту компанию... Но было и белорусское детство. В котором еда была не такая. Другая. И по этой еде мы очень сильно скучали.

Прежде всего, по простому чёрному хлебу.

Он казался таким вкусным, что его хотелось есть сам по себе. И просто водой запивать (ну не молоком, нет, молоко же мы ни в том, ни в другом детстве терпеть не могли).

Баба Настя (папина мама) ломала чёрный хлеб в глубокую миску, заливала водой, добавляла сахар. И смаковала. Именно смаковала.

Я хорошо помню её лицо. Ей было очень вкусно.

Помню, как безумно и нам нравилось вот так «баловаться» с водой, хлебом и сахаром (тогда сахар был важнее хлеба, теперь важнее хлеб).

Бутер с маслом и солью – тоже от бабы Насти. От Анастасии Александровны Пётух.

Александр Пётух – мой прадед – был крепким кулаком. После революции эмигрировал в США. Его старшая дочка (моя баба Настя) начала самостоятельную жизнь лет в 14...

Бутерброд – немецкое слово. И понятие тоже немецкое. Но сколько мы были в Берлине, настоящего масла в продаже не видели. Ни за какие деньги)

Пытаюсь вспомнить, сколько лет я не ела такой бутерброд...

Не могу вспомнить. Не понимаю, почему столько лет не ела...

Почему столько лет не воспользовалась возможностью наслаждаться простым; тем, что абсолютно доступно. Тем, что мы не ценим чаще всего. О чём чаще всего не вспоминаем...

пастилу сушила феном

Нужно было что-то сладкое к вафлям. Единственным, что более или менее подходило под наши вкусы, оказались яблоки, протертые с сахаром (семь с копейками тысяч за пол-литровую банку, производителя допишу позже, не помню).

Их вкус напомнил мне про пастилу.

Из яблок, росших у нас в Хайдаркане в огромном количестве, мы делали сок. Это была практически исключительная наша, детская, работа, потому что она была совсем непыльная. Собирали опавшие яблоки, мыли, срезали побитые, подгнившие бока, остальное нарезали кусочками вместе с кожурой и – в соковарку.

Пар выгонял из яблок сок (через стеклянно-резиновую трубочку прямо в эмалированное ведро), а то, что оставалось (когда оно остывало), мы складывали в капроновую сетку (были такие в Советском Союзе), вешали эту сетку на подвешенный на какую-нибудь крепкую толстую ветку дерева металлический S-образный крюк и давили через нее яблочную кашу прямо в эмалированный таз. Руками давили, периодически руки облизывая (и до локтей доставали, так было вкусно))))

Производство было безотходное: кожуру из сетки выбрасывали курам, а яблочную кашу жаркое летнее киргизское солнце высушивало в пастилу.

Для этого на крыше сарая мы расстилали толстую полиэтиленовую пленку, смазывали ее растительным маслом и размазывали по ней толстым слоем яблочную пасту. Оставляли сушиться.

Так и вижу: покрытая шифером крыша, на ней на доске – клеенка, за-над ними – свечки тополей, за-над ними – горы, на них – снежные шапки, а над всем – синее-синее небо и солнце.

Высыхала пастила за несколько дней. После чего ее еще подсушивали на бельевых веревках)))) Этакие яблочные простыни.

Потом скручивали в рулоны, перевязывали хлопковыми ленточками, ленточки завязывали на бантик)))

Пастила хранилась в шкафу. Отрывали ее по кускам и ели, откусывая от куска.

Блин, так было клёво!

Я решила тряхнуть стариной. На тарелку натянула пищевую пленку, смазала ее растительным маслом, размазала яблочную пасту, высушила феном...

Такой получился кусочек лета, кусочек детства...

варенье из белой черешни

На лотках черешня появилась. Большая, красная, дорогая и пока еще невкусная.

В моем детстве было очень много черешни. Красную – раннюю, мы съедали прямо с дерева. А позже поспевала белая. В нашем дворе росло два огромных дерева. И черешни они родили столько, что мы каждый год не знали куда ее девать. Объедались, мама закрывала компоты и варила варенье.

Это самое варенье с тех самых пор для меня – самое вкусное варенье в мире.

Сейчас в Беларуси белая черешня – редкий деликатес. За годы жизни здесь я лишь однажды видела ее на рынке.

К счастью, есть варенье.

Оно дорогое и продается в небольших баночках (не сравнить с мамиными многолитровыми запасами). Но оно точно такое, какое варила мама. Точно-точно такое. Черешня и сахар с добавлением капельки ванилина и лимонной кислоты.

Ягоды цвета янтаря. Вкус описать невозможно. Надо пробовать.

Варенье варят в Армении, ООО «Сава». У них много разных деликатесных вареньев. Но я до сих пор не попробовала ни одного другого. Не могу изменить варенью из белой черешни.